Преподаватели из университетов Кардиффа и Глазго Брэндон Валериано и Филипп Хэбель решили изучить, как видеоигры влияют на  мировосприятие американцев. Поскольку они оба в своих учебных заведениях фокусируются на вопросах связи массовой культуры с общественным мнением, тема видеоигр (как развлечений) попала в их поле зрения не случайно. Она гораздо меньше исследована, чем продукты Голливуда, – доказано, что кинематограф может направить общественное мнение в нужном (кому-то, например правящей верхушке государства) направлении и сформировать поведенческие стереотипы.

«Знание того, как цифровые игры влияют на общественное мнение, государственную политику или политическую культуру, ограничено. Тем не менее 40% взрослых американцев пользуются игровыми приставками; а многие играют по мобильным телефонам. Большинство игроков – женщины. Цифровые игры теперь получают больше годовых доходов, чем кассовые фильмы», – пишут авторы исследования в статье, опубликованной Тhe Washington Post.

Интерес для исследования представлял вопрос, какой образ врага формируют видеоигры, моделирующие насилие, у американцев. Соответственно, изучались игры, где «плохие парни» представляли угрозу «хорошему герою», задачей которого было уничтожить врага (оружием).

Для исследования были отобраны 57 популярнейших игр, выпущенных в период с 2001 по 2013 год, продажи которых превысили 1,5 миллиона копий.

«Мы сгруппировали врагов в несколько категорий: мутанты Generic Human; посторонние объекты; монстры, включая зомби; террористы с Ближнего Востока или из Латинской Америки; русские; враги Второй мировой войны и другие источники напряжённости, включая Северную Корею», – пишут Брэндон Валериано и Филипп Хэбель.

Результаты исследования оказались неожиданными. Хуже русских врагов для американских геймеров только мутанты Generic Human. Русские выступали врагами в 21% игр. Меньшими врагами предстают в играх инопланетяне и террористы, не говоря уже о монстрах и прочих исчадиях виртуального ада.

Видеоигры навязывают как минимум для 40% американцев отношение к России, поскольку «плохой парень Иван» встречается в качестве врага геймерам гораздо чаще, чем противник в образе бойца террористической группировки или  зомби.

«Мы думаем, что это – интересное открытие, учитывая отношения ухудшения России с Западом», – считают авторы исследования. Они убеждены, что воображаемые враги играют важную роль «в определении наших отдельных или коллективных угроз».