Мэтт Кросстон: аналитические танки Холодной войны снова в деле. Почему мы забыли, что Россия никогда не будет нерелевантной.
От одного из ведущих американских специалистов по России: детальное разбирательство, почему американской истеблишмент – на аналитическом уровне – неадекватно воспринимает Россию, её национальные интересы и политику. В продолжение темы, поднятой в посте Aleksandr88.
Образы, интонации и эмоции этого года оказались столь же ужасны, как и в году 1964-м. Представьте, что Вы сидите дома лет так пятьдесят и, с удивлением, замечаете, что после всех этих исторических перемен и глобальных сдвигов, США и Россия, тем не менее, вновь оказались в начальной точке квази-холодной войны. Пожалуйста, позвольте мне предложить объяснение, почему это произошло: это моя вина.
С начала 1990-х годов мы забыли, что России никогда не будет нерелевантной.
Ну, хорошо, это не исключительно моя личная вина, а скорее коллективная вина, поскольку я являюсь представителем поколения, которое мы в Соединенных Штатах называем Поколением X. Я также признанный эксперт по России. И, к сожалению, такое сочетание (эксперт по России из Поколения Х) это явление примерно такое же редкое, как Лох-несское чудовище, плескающееся у берегов Ибицы. Причина такого положения вещей, – возможно, несколько неожиданная для наших читателей, – безусловно, не обсуждается открыто на наших академических, профессиональных и дипломатических конференциях. Нехватка экспертов по России из Поколения Х возникла потому, что мы каким-то волшебным образом начиная с ранних 1990-х годов просто забыли про место под названием Россия. Эта гигантская брешь в наших знаниях появилась из-за того, что мы, несмотря на более чем тысячелетнюю политическую историю России, забыли эту чудесную необъяснимую уникальную страну. Мы забыли, что Россия НИКОГДА не будет нерелевантной, не значимой.
Празднование по поводу распада Советского Союза, наступления «конца истории» и «вечной победы» демократии над всеми прочими политическими системами сопровождалось на Западе бесшумной и незаметной, почти бессознательной СМЕНОЙ АКЦЕНТОВ в престижных американских высших школах. Россия была отодвинута в сторону, потому что она, в конце концов, не только проиграла холодную войну: ведь её непременно должна была постигнуть судьба квази-демократии, политического неудачника и экономического болота, которое в принципе не играло бы важной роли на мировой сцене. Действительно, в первой половине 1990-х годов Россия столкнулась с демографическим кризисом. И, наблюдая общее сокращение населения, академические и правительственные круги в Соединенных Штатах качали коллективными головами и считали себя вправе думать, что если нынешняя демократия на самом деле и не конец истории, то, по крайней мере, это конец необходимости сосредотачиваться на России.
Перефокусировка исследовательской тематики в высшей школе: «Оставьте Россию в покое».
И таким образом к 1997 году, когда многие представители Поколения Х продвигались к учёным степеням и выбирали свою исследовательскую тематику, им тонко, но решительно давали чёткий совет: «Оставьте Россию в покое». Не будем забывать, что подобные советы давались из лучших побуждений. К 1997-1998 Россия казалась большинству на Западе местом, где, в лучшем случае, можно исследовать проблемы преступности и коррупции или недостатки демократического транзита. Вот именно так Запад рассматривал Россию с вышки топовой академической науки, с вышки элитных университетов, которые готовили следующее поколение специалистов – Поколение X, – которые должны были принять мантию и повести американо-русские отношения в 21 век. В конце концов, можно было столкнуться с не слишком тонким намёком: «Если Вы действительно хотите работать в академических кругах и сделать “важное” исследование, то Россия – это всего-навсего ДАЛЁКОЕ ПРОШЛОЕ. Если Вы хотите быть на переднем крае, обратитесь к Ближнему Востоку. Заскакивайте на подножку исламистского трамвая с лидирующими исследователями – здесь будут и РЕАЛЬНЫЕ события, и заказы на работу!». Конечно, громовое 11 сентября 2001 года, произошедшее спустя три коротких года, казалось, кричало перспективным аспирантам из Поколения X о том, что их наставники были пророками и им дόлжно повиноваться! В итоге имеем: Потерянное Поколение.
Новых экспертов по России мало, а старые – лишь пересказывают New York Times за 1964 год.
Едва ли новые и смелые мыслители выйдут из Поколения X, когда дело доходит до изучения и понимания Российской Федерации. Если Вы внимательно рассмотрите медиа-источники и научные работы, из которых новостные агентства выдергивают сегодня высказывания и «мнения экспертов» о России, то нужно очень постараться, чтобы найти цитату, которая принадлежала бы перу кого-нибудь моложе 45 лет или которая не была бы отвратительно завязана на «советских притязаниях» для объяснения поведения России.
Пожалуйста, поймите меня правильно: в своей аргументации я не пытаюсь проталкивать возрастную дискриминацию. Проблема заключается не столько в том, каков возраст исследователя, сколько в том, в какой системе образования и наставничества он формировался в зависимости от конкретного года своего рождения. Неужели это просто совпадение, что сегодня почти каждый российский внешнеполитический маневр трактуется чаще всего не иначе как разновидность реваншистской попытки воскресить (символически или буквально) Советский Союз в его силе и славе? Неужели это просто странная случайность, что политика Путина оценивается исключительно как проекция советской диктатуры, а не как, например, проекция «реальной политики» Макиавелли?
Осмотритесь вокруг – и Вы сами увидите. Познакомьтесь со всеми источниками информации, которые только сможете найти. Любая аналитика – будь то противоракетная оборона «Щит» в Польше и Чехии, или Иран, или Сирия, или взрывы рядом с Олимпиадой в Сочи, или, наконец, Майдан и Восточная Украина – любая аналитика в принципе могла бы быть просто вырезкой из New York Times за 1964 год. Разве что ключевые слова изменились. Нет ни воображения, ни новаций, ничего нового вообще. Мы стали тупицами.
Интерес аспирантов к России возродился, но их наставники в большинстве своём адепты Холодной войны.
И ситуация, возможно, только ухудшится. Упорное нежелание России оставаться в том маленьком неактуальном черном ящике, который был создан американским академическим сообществом за последние 15-20 лет, означает, что в настоящее время новое поколение аспирантов в очередной раз заинтриговало, увлечено и очаровано Россией. Это новое поколение – Поколение Миллениума – будет проходить программы подготовки к докторским степеням в течение ближайших 5-10 лет. Проблема, как я её вижу, состоит в том, что в большинстве образовательных программ, которые дают пищу для вновь возникшего интереса аспирантов к России, будут ПО-ПРЕЖНЕМУ руководить бэби-бумеры – поколение, которое заточило свои зубы во времена Холодной войны и которое до сих пор считает, что единственно возможно только такое политическое видение России. Есть лишь совсем немного учёных поколения X, ведущих и курирующих сегодня образовательные программы, которые могут повлиять на новые умы, чтобы открыть для них новые возможности и новые ракурсы, чтобы побудить их думать о России на мировой арене в 21 веке, не отягощая свои размышления кандалами инстинктов, сформированных в середине 20-го Советского века.
Такое положение дел, думаю, не сулит ничего хорошего для будущего американо-русских отношений. И это не сулит ничего хорошего для будущего российских исследований. Но если я хочу найти кого-нибудь, кого можно было бы обвинить в создавшейся ситуации, то я должен подойти к зеркалу моего Поколения Х и прямо посмотреть на моих сверстников.
Это наше будущее. Будущее, которое выглядит удручающе похожим на наше интеллектуальное прошлое. Будущее создаётся этим Потерянным Поколением, которое слишком легко поддалось влиянию конъюнктурных течений и перспектив лёгкого трудоустройства. Позор нам, позор.
https://cont.ws/post/337387
А мы нападать ни на кого не собираемся.
