Ребята, не перекладывайте долбоебизм в квадрате, продуцируемый хунтой, на весь народ. Я - украинец, русский украинец, и для меня то, что в теме написано - такая же дикость, как и для россиян.

Не перекладываем на весь народ, это понятно, что проплаченный америкосами свидомизм, выращенный на почве селюковского западянского национализма процветает в головах коричневой фашистской плесенью.

Согласен с Вами, Шутник, но все же не сводите все к неграмотным селюкам. Выращено все это не селюками, а городской интеллигенцией, которая долго и планомерно вбивала бандеровские и нацистские идеи в неграмотные мозги и селюков, и городской молодежи, и не только в Западенщине. И что самое страшное - не только украинцев, но и русских.

Не могу сказать за всех, но для меня лично
1) понятия украинец, русский, живущий на украине - это одно,
2)а ваше правительство+рада+президент - это другое.
Отношение к первым - родственное, мне искренне жаль детей, стариков, нормальных и адекватных людей.
А вот отношение к вашей власти... И мы очень ждём, когда же ( ?!?!) проснутся настоящие герои украины, проснутся, чтобы спасти свою страну.
(немного пафосно получилось, извините)

Если попроще, то наверно звучит так: не надо смешивать госаппарат и страну.

А мы не перекладываем. Они не украинцы ... они свидомые , а украинцы воюют в армии Новороссии. Хотя раньше украинец было ругательным словом ... так называли людей сменивших православие на католичество. Потом было время СССР и украинец стало нормой. Малороссия и малоросс вы считали обидным названием и предпочли ... украинец. Хотя понятие малый не обидное понятие ... понятие малая Родина в русском языке не является унижающим. Есть Русь ... есть Белая Русь ... была Малая Русь ... если взглянуть на карту России, то понятно, что есть большая Россия, а Малороссия была её меньшей по размеру соседкой. Теперь будет Новороссия

Александр Гваньини (1538-1614) — итальянский дворянин, находившийся на службе в Речи Посполитой. В 1578 г. издал в Кракове историко-этнографическую работу Sarmatiae Europeae descriptio, куда, помимо прочих очерков, вошло и «Описание Московии». На русский язык сочинение Гваньини было переведено в первой половине XIX в., однако с купюрами: разделы повествования, касающиеся «нравственного состояния» населения и организации власти в России, в переводы долгое время не включались.
«Все московиты или русские довольствуются более состоянием рабским, чем свободным, выдающимся блюстителем которого они считают собственного государя. Ведь все они без различия, к какому бы сословию ни принадлежали, находятся в тяжелейшей зависимости (при этом личное достоинство ни во что не ставится), о чем будет сказано ниже, при описании деяний нынешнего государя.
Дворяне, бояре, военачальники, духовенство и чиновники-все считают себя холопами, то есть презреннейшими и ничтожнейшими слугами великого князя, и признают, что все их движимое и недвижимое имущество, которым они лично владеют, принадлежит не им, а великому князю.
…Весь народ, подчиненный московскому князю, предпочитает подвластное положение свободе, но неизвестно, не требует ли он такого тирана, соответствующего его нравам, который смог бы укротить их необузданность. Ведь большей частью в этих областях наблюдается, что рабы питают благодарность к господам, а жены к мужьям, если чаще от них терпят побои…
Как военное сословие жестоко подавляется великим князем, так простонародье и горожане — дворянами и боярами. Имущество поселян и горожан, которые пренебрежительно называются черными людьми или крестьянами, становится добычей военных и дворян.
Шесть дней в неделю поселяне работают на своих хозяев, лишь седьмой остается для личного труда, и работают они плохо, если их не секут как следует. От хозяев они получают определенный земельный надел и пастбища, благодаря которым могут существовать, и платят ежегодные подати.
Труд ремесленников обычно оплачивается дешево. Когда же возрастает стоимость хлеба, ремесленники зарабатывают так мало, что труд целого дня (даже при самой старательной работе) не может окупить достаточного количества хлеба.
Горожане и купцы обременены невыносимо тяжелыми податями и выдуманными взысканиями, перечислять которые здесь было бы долго…
Принят у московитов такой обычай: всех, кто обременен долгами, но заплатить кредиторам не может, по предписанию закона приводят в определенное общественное место, назначенное для этого; и там судейские служители бьют их безо всякой пощады бичами и батогами…
Племя же это московитов самым жульническим образом обходится с товарами; в особенности имея дело с иностранцами, они, при продаже, к убытку для покупателя, дорого оценивают вещь, стоящую вдвое дешевле (что теперь свойственно и литвинам); а как только они начинают клясться и божиться, так знай, что тут скрывается обман, так как они клянутся с намерением обмануть и надуть… Племя московитское способнее и хитрее всех прочих русских. И если они когда-нибудь ведут торговлю с иностранцами, то для поддержания большего доверия не называют себя московитами, но пришельцами, то есть новгородцами или псковичами».
Адам Олеарий (1599-1671) — немецкий ученый и путешественник, побывавший в России в качестве секретаря посольства (1633-1639 гг.), отправленного шлезвиг-голштинским герцогом Фридрихом III для установления торговых контактов. Его работа «Описание путешествия Голштинского посольства в Московию и Персию», созданная на основе путевых заметок, впервые была издана в Шлезвиге в 1647 г. На русский язык она была переведена только в 1870 г.
«Если рассматривать Русских со стороны нравов, обычаев образа их жизни, то по справедливости их должно отнести к варварам; ибо и теперь им далеко еще до того, что еще в древности были Греки, и хотя Русские хвалятся прибытием к себе Греков и родством с ними, но они не имеют ничего общего между собою ни по языку, ни по искусствам. Русские не любят никаких высших знаний, ни свободных искусств.
Что касается до ума Русских, то хотя они остроумны и хитры, но способности эти употребляются не на добрые и похвальные дела, а для достижения каких-нибудь личных выгод, пользы для себя и для удовлетворения своих желаний. …Они коварны, своенравны, необузданны, строптивы, изворотливы, бесстыдны и на всякое зло склонны; силу употребляют они вместо права, и вообще распрощались со всеми добродетелями и потеряли всякий стыд.
Свою смышленость и хитрость Русские, между прочим, проявляют в торговле, весьма хорошо понимая, что и как купить, или продать, повыгоднее, и придумывают при этом все способы обмануть ближнего, чтобы получить себе всякого рода выгоду и барыш… Скрывая сами истину, употребляя на каждом шагу ложь, они очень подозрительны и весьма нелегко верят другим; если же кому удастся обмануть их как ни будь, то они хвалят такого и считают мастером своего дела. …Ложные доносы и обман между Русскими в таком ходу, что их можно опасаться не только со стороны чужих людей и соседей, но и со стороны братьев или супругов.
…Русские народ пресварливый, обзывают друг друга самыми грубыми и неприличными словами. На улицах беспрестанно слышишь такую перебранку между ними, даже старые бабы грызутся часто одна с другою с таким ожесточением, что не привыкший к этим выходкам подумает, что они тотчас же вцепятся друг другу в волосы. Но до драки редко у них доходит…
Выражая свой гнев и ругательства, они не употребляют общеупотребительные у нас бранные проклятия и пожелания: будь проклят, убирайся к черту, шельма и прочие. Вместо того выбирают весьма поносные и отвратительные слова и срамные выражения, которыми я не решился бы оскорблять ухо читателя. У них постоянно на языке: б…. сын, с…… сын, собака, и другие матерные и сквернословные брани и выражения, которыми бранятся не одни только взрослые и старые люди, но и малые дети, знающие эти слова прежде, чем они узнают названия Бога, отца и матери, и такая срамная брань одинаково употребляется, как родителями против детей, так и детьми против родителей.
Большой вежливости и досточтимых нравов у Русских нечего и искать: достоинства эти им совершенно чужды. Они вовсе не стыдятся во всеуслышание и не щадя ни чьего обоняния, пускать на волю то, что природа требует испустить верхом и низом после еды, и так как они очень любят и едят в изобилии лук и чеснок, то для не привычного самое присутствие их невыносимо тягостно».
Джайлс Флетчер (1548-1611) — английский дипломат, отправленный с миссией в Москву в 1588 году. В 1591 году Флетчер опубликовал свои записки «О российском государстве». Его сочинение практически сразу после издания подверглось критике со стороны руководства английской Московской компании, опасавшейся ухудшения торговых отношений с Россией из-за радикальности суждений Флетчера. Позже, в период правления Николая I, записки дипломата, при попытке их издания на русском языке, подверглись цензуре и в России.
«Образ правления у них весьма похож на турецкий, которому они, по-видимому, стараются подражать, сколько возможно, по положению своей страны и по мере своих способностей в делах политических.
Правление у них чисто тираническое: все его действия клонятся к пользе и выгодам одного царя и, сверх того, самым явным и варварским образом. Это видно из их образа правления и угнетения дворянства и простого народа, без всякого притом соображения их различных отношений и степеней, равно как из податей и налогов, в коих они не соблюдают ни малейшей справедливости, не обращая никакого внимания как на высшее сословие, так и на простолюдинов.
Чтобы показать власть свою над жизнью подданных, покойный Царь Иван Васильевич во время прогулок или поездок приказывал рубить головы тех, которые попадались ему навстречу, если их лица ему не нравились, или когда кто-нибудь неосторожно на него смотрел. Приказ исполнялся немедленно, и головы падали к ногам его.
…До какого рабского состояния они унижены не только в отношении к царю, но и к боярам и вообще дворянам (которые и сами суть не что иное, как рабы, особливо с некоторого времени), это можно видеть из собственного сознания их в просьбах и других бумагах, подаваемых кому-либо из дворянства или высших правительственных лиц: здесь они сами себя называют и подписываются холопами, т. е. их крепостными людьми или рабами, так точно, как, в свою очередь, дворяне признают себя холопами царя.
Можно поистине сказать, что нет слуги или раба, который бы более боялся своего господина, или который бы находился в большем рабстве, как здешний простой народ, и это вообще, не только в отношении к царю, но и его дворянству, главным чиновниками всем военным, так что если бедный мужик встретится с кем-либо из них на большой дороге, то должен отвернуться, как бы не смея смотреть ему в лицо, и пасть ниц, ударяя головою оземь, так точно, как он преклоняется пред изображениями своих святых.
Что касается до земель, движимого имущества и другой собственности простого народа, то все это принадлежит ему только по названию и на самом деле нисколько не ограждено от хищничества и грабежа как высших властей, так даже и простых дворян, чиновников и солдат.
Кроме податей, пошлин, конфискаций и других публичных взысканий, налагаемых царем, простой народ подвержен такому грабежу и таким поборам от дворян, разных властей и царских посыльных по делам общественным… что вам случается видеть многие деревни и города, в полмили или в целую милю длины, совершенно пустые, народ весь разбежался по другим местам от дурного с ним обращения и насилий».
Иоганн Георг Корб (1672-1741) был секретарем посольства, отправленного в 1698 императором Священной Римской империи Леопольдом I в Россию ко двору Петра I. В 1698-1699 гг. Корб вел дневник о пребывании в России (изданный через несколько лет под заголовком Diarium itineris in Moscoviam) и описывал быт, нравы, общественное и политическое устройство нашей страны. Издание подвергалось цензуре в России из-за специфического отношения автора к ряду описываемых проблем.
«Весь московский народ более подвержен рабству, чем пользуется свободой; все москвитяне, какого бы они ни были звания, без малейшего уважения к их личности находятся под гнетом жесточайшего рабства.
Те из них, которые занимают почетное место в Тайном совете и, имея величавое название вельможи, самой знатностью своей являют еще в более ярком свете свое рабское состояние; они носят золотые цепи… и большой пышностью ослепляют глаза; самый даже блеск этих холопов упрекает их в низости судьбы.
Царь московский — превосходный выразитель такого понятия; он своим отечеством и его гражданами так пользуется, что его самодержавие, никакими пределами, никакими законами не ограниченное, сказывается, например, в полном распоряжении имениями частных лиц, как будто бы природа все это для него одного только и создала. При таких понятиях москвитян пусть царь угнетает людей, созданных для рабства, да покоряются они своей судьбе!
Государь имеет полную власть над их имением, личностью и жизнью. Даже турки не изъявляют с более отвратительной покорностью принижения своего перед скипетром своих Оттоманов. Русские по себе судят также и о других народах, а потому иностранцев, прибывших в Московию случайно или нарочно, подвергают тому же игу и принуждают их быть рабами своего государя.
Так как москвитяне лишены всяких хороших правил, то, по их мнению, обман служит доказательством большого ума. Лжи, обнаруженного плутовства они вовсе не стыдятся. До такой степени чужды этой стране семена истинной добродетели, что сам даже порок славится у них, как достоинство.
Но не думайте, однако, что я желаю внушить вам то убеждение, что все жители этого царства, по их невежеству и гордости, имеют такое понятие о добродетели. Между таким количеством негодной травы растут также и полезные растения: в этих людях процветают тем большие добродетели, чем труд их развития был тяжелее. Но мало таких… Прочие необразованные, слабы и тупы умом; они иногда, разинув рот и вытаращив глаза, с таким любопытством глядят на иностранцев, что даже себя не помнят от удивления
В школах учителя обучают учащихся только чтению и письму. Заучивание наизусть некоторых правил их веры составляет у москвитян самую высшую степень образования. Упражнение в свободных науках, как излишнее утруждение молодежи, москвитяне отвергают, философию запрещают, астрономы, опозоренные названием чародеев, нередко подвергались наказанию по приговору суда».

Vrubel Dmitry
21 ч. · отредактировано ·
Я вот одного не понимаю: "Россия после Минска опять на коне", "Путин в очередной раз всех обманул" и т.д., и т.п. Да вы чо, друзья? Ведь ровно 25 лет тому назад граница между Россией и НАТО проходила по Бернауэрштрассе, которая начинается в 150 метрах от нашей квартиры. Теперь эта граница проходит по Луганской и Донецкой областям Украины, а в других местах на сотни километров тупо совпадает с нынешними западными границами Российской Федерации. Так кто же "на коне"?
ЗЫ. А Крым - это, канешно, кость, типа: "На, подавись пока".