Россиян не существует

Гуляя на прошлой неделе по Киеву, общаясь с местными друзьями (кстати, киевляне владеют русским лучше, чем многие москвичи), меня неизбывно мучил вопрос — чем же мы отличаемся?

Было заметно, что отличаемся очень многим — но сформулировать трудно… Самое простое, на поверхности: люди чувствуют себя хозяевами своей страны. А ты чувствуешь себя гостем — это нормально и прекрасно, киевляне (в хостеле, в разных кафешках и т.д.) очень гостеприимны к российским гостям, несмотря на то, что между нашими странами идет фактическая война…

Но, возвращаясь домой, ты и дома не чувствуешь себя хозяином своей страны. Да и никто из окружающих тебя сограждан не чувствует. Есть «власть», а есть «мы». Как было, так и есть Со времен совка ничего не изменилось..

И это прорубает очень глубоко, заставляя пускаться в поиски исторических причин такого различия…

Моя точка зрения такова — после распада СССР в 14 республиках из 15 возникли новые гражданские нации. От Эстонии до Туркмении. И они приняли новые государственные границы. Здравомыслящие эстонские и туркменские русские выучили язык своих республик и стали их полноправными гражданами. В быту они продолжают общаться между собой по-русски (не слышал, чтобы в какой-то республике за это преследовали), но по факту уже стали частью гражданских наций своих республик. Они выбирают собственных президентов, а иногда даже сами баллотируются в республиканские парламенты.

Конечно, между Эстонией и Туркменией есть разница. Но не принципиальная — в плане того, чтобы русскому человеку отказывали в праве получить гражданство той республики, где он живет. Знай государственный язык, уважай местные законы — и ты такой же член республиканской гражданской нации, как и этническое большинство твоей республики.

Мэром Риги ныне является этнически русский Нил Ушаков. К нему может быть самое разное отношение, но неоспоримо одно — он принадлежит латвийской гражданской нации.

А вот в одной из бывших постсоветских республик сложилась совсем иная картина.

Президент РСФСР Ельцин вместе с руководителями УССР и БССР в 1991 году денонсировали Союзный договор 1922 года. Однако — в массовом сознании жителей РСФСР это отразилось не как цивилизованный «развод» бывших союзных республик, но как образ того, будто все отделились от России.

Это очевидно имперское мировоззрение. Ельцин этот великодержавный синдром в свое время не вылечил — а Путин, наоборот, придал ему имидж здоровья. Если распад СССР был «величайшей геополитической катастрофой ХХ века», то теперь задачей на XXI век ставится преодоление этой «катастрофы» и новое «собирание русских земель»…

РСФСР (ныне РФ) становится новым имперским центром, который, по замыслу его проектантов, должен вновь вобрать в себя все территории бывшего СССР.

Откуда, черт побери, взялась эта имперская лихорадка? Жили бы в своей стране, обустраивали бы ее по мере сил — так нет: надо откусывать куски у других и считать это «патриотизмом».

Я согласен с «экономической» версией происходящего — правящая в РФ камарилья, обожравшаяся нефтегаза и понастроившая шубохранилищ, совсем спятила — как пушкинская старуха, возжелавшая стать «владычицей морскою»…

Но есть и другие, не менее интересные аргументы — исторические.

Недавно коллеги прислали мне ссылку на великолепное исследование Дэвида Бранденбергера «Сталинская массовая культура и формирование русского национального самосознания (1931-1956)». Прочитав его, я был обескуражен — насколько времена могут отражаться и почти совпадать…

Откуда, вы думаете, взялся этот воинственный миф «русского мира»? А прямиком — из сталинской эпохи, утверждавшей, что «для русских нет никаких буржуазных границ». Ну вот, возникли в 1991 году новые государственные границы? Неважно — мы их легко нарушим, ибо никакой сакральной и юридической значимостью они для нас не обладают. Мы — строители нового мира и вместе с тем — наследники великой русской цивилизации, которая мочила весь окружающий мир. А «советское» и «русское» — это почти синонимы (несмотря на то, что множество русских сидит в лагерях…).

Это — официальная советская доктрина с конца 30-х годов. Я был просто поражен эрудиции автора книги — о чем-то сам давно уже догадывался, но не думал, что это все и в реале было настолько очевидно. А оно было еще круче…

Из поздравления т. Сталина к 800-летию города Москвы (1947):

Заслуги Москвы состоят не только в том, что на протяжении истории нашей Родины трижды освобождала ее от иноземного гнета — от монгольского ига, польско-литовского нашествия, от французского вторжения. Заслуга Москвы состоит, прежде всего, в том, что она стала основой объединения разрозненной Руси в единое государство с единым правительством, с единым руководством… Историческая заслуга Москвы состоит в том, что она была и остается основой и инициатором создания централизованного государства на Руси.

Дорогие читатели, что у нас изменилось со сталинских времен?

В книге Бранденбергера приводятся еще основные причины уничтожения «Ленинградской группы в ВКП(б)» в 1949 году. Она возникла на волне послевоенного «русофильского» подъема — но хотела развить его в некоторое самоуправление РСФСР. Ее участники задавались резонным по тем временам вопросом — почему во всех остальных союзных республиках есть республиканские компартии, а в РСФСР — нет? И предлагали перенести столицу РСФСР в Ленинград, оставив за Москвой лишь «союзный» уровень.

Ответ Сталина был жесточайшим даже по меркам послевоенного времени. Участники этой группы (Вознесенский, Кузнецов и т.д.) были расстреляны. РСФСР осталась лишь какой-то виртуальностью — по сравнению с другими республиками…

Сталин просто показал — русское = имперское, и никаких вам суверенитетов!

К чему я вспомнил эту давнюю историю? Я полагаю, что она многое объясняет в том, почему в России, в отличие от других бывших союзных республик, так и не сложилось новой гражданской нации.

Здесь так и остался по преимуществу тот же «советский народ», который гораздо более интересуется «приращением» своей территории, чем обустройством уже имеющейся. Этот имперский комплекс насадил Сталин — и реанимировал Путин.

Нынешние жители РФ до сих пор считают всю территорию СССР «своей». Поэтому «россиян» — как гражданской нации внутри собственных границ — не существует. Есть лишь самый большой осколок «советского народа»…

Синдром миролюбивой жертвы

...Гиркина и Безлера наша прокуратура, наконец -то, сподвиглась обвинить в убийстве депутата Горловского горсовета Владимира Рыбака. Не прошло, как говорится, и полугода. Правда, обоих обвиняемых на Донбассе уже и след простыл...Конечно, «мы - правовое государство», и нужно было соблюсти всю процедуру следствия. Мы -добрые.

А если бы в апреле депутат Рыбак не флаг вырывал из рук бандитов, а швырнул бы в Безлера парой-другой ручных гранат? Обвинили бы - его. Но остался бы жив, а Бес -мертв. И, скорее всего, Горловка была бы украинской. А может, и весь Донбасс. Но гранат у него, законопослушного гражданина, не было. А государство ими его не снабдило. Мы -мирные.

Если бы через несколько дней после этого опытный переговорщик капитан «Альфы» Геннадий Беличенко не пытался договариваться с сепаратистами, а пальнул бы по подъехавшей к блок-посту машине из гранатомета, он был бы жив, а Гиркин уже не коптил бы белый свет.

Если бы полковник Юлий Мачур (дай Бог ему здоровья), не послушавшись указаний свыше, отдал приказ открыть огонь по российским террористам на военном аэродроме в Бельбеке , может быть, и Крым был бы украинским?

Но... Если бы в свое время в Харькове Аваков силой не разогнал сепаратистский шабаш, где был бы Харьков сегодня? И с кем?

Если бы 2 мая в Одессе, в доме профсоюзов не сгорели сепаратисты, то в России Одессу бы, конечно, не называли «фашистским» городом... Но и города уже не было бы, а лишь руины «донецького аэропорта-2», с тысячами убитых мирных одесситов.

Если бы 23 октября боец «Альфы» в Харькове повторил ошибку своего коллеги и не застрелил бы без лишних разговоров российского диверсанта, кто знает, может, мир получил бы нового беса?

Мы слишком долго гордились (и не гордимся ли и сейчас?) тем, что наши герои умирали, не отвечая выстрелом на выстрел. Получив по щеке, подставляли вторую.

Нам нужны были тысячи смертей, предательств, сотни километров отторгнутой территории, гигабайты кремлевской лжи, чтобы мы поняли: попытка полюбовно решить стратегически важный вопрос с принципиальным врагом чревата поражениями. Или все еще не поняли?

Не отвечать на пальбу российских танков по Мариуполю, только потому, что танки стоят в жилых кварталах? А то, что враги убивают из этих танков мирных жителей на нашей стороне, нас не должно задевать?

Мы, словно, кому-то что-то хотим доказать. Представить картинку гламурной миролюбивой армии. Но ведь дома все-равно разрушат - сами сепаратисты. Чтобы дать собственную, не в пример нам, технически более качественную картинку - для российского (и международного) зомбоящика. Они знают, что «плохих парней» любят и уважают, и не боятся играть роль «жестоких, но справедливых».

Кто виноват в смерти подростков на школьном стадионе Донецка? Неужели наши «киборги», которые не желают «мирно» уходить с занимаемых позиций и потому их по нескольку раз в день убивают из «градов» и гаубиц? А то, что дээнеровское руководство города «забыло» эвакуировать детей из школы в двух километрах от цели, которую они же и обстреливают, - это как? И главное, зачем?

Порой складывается впечатление, что мы буквально увязаем в каких-то «мирных инициативах» и дискуссиях вокруг них. Что наша сердобольность к людям, которые только и мечтают, чтобы убрать нас как помеху из жизни, связывает нас по рукам и ногам, сковывает как цепь.

Учительница из Горловки в ФБ жалуется, что ВСУ обстреливают боевиков в городе, и от этого страдают мирные жители.Одновременно она обижена, что мы ее не освобождаем(!) И угрожает, что, поскольку надежды нет, то она (в прошлом патриотка и учительница украинского языка), должна будет приспосабливаться к ситуации. Иными словами: учить деток истории Лугандона или заставлять знать наизусть имена всех российских самодержцев...

Пожалеем? Но, получается, во всем том, что произошло на Донбассе виноваты мы? А значит, должны притормозить, поумерить пыл? А они, те, кто «мирно» сдал город боевикам и «мирно» наблюдают, как украинских патриотов пытают у позорных столбов, - они будут чувствовать себя «мирными людьми»?

Миролюбие не всегда приводит к миру. Как демократические процедуры не всегда приводят к демократии. И та и другая цель, порой, требуют жестокости.

Теоретик «четвертой мировой войны» Сергей Переслегин пишет, что у той стороны конфликта, которая заведомо слабее в ресурсах , нет никаких шансов выиграть войну, если она ведется по классической аналитической стратегии. «Успокаивание» покоряемого народа, обещание скорого и выгодного мира, а значит, моральное разоружение - это как раз та классика, которую применяет против нас Путин. Стратегия выгодная большому, но неповоротливому государству.

Нас разоружают росказнями о том, что Путин «любит» Украину, что Захарченко «это почти майдановец», обещаниями «зеленых коридоров» и минскими соглашениями.

На днях украинская телеведущая почти жалобно выведывала у Бориса Немцова: а может быть, Путин, все-таки, не нападет? Может, у него нет ресурсов? Может, российское общество его остановит? Немцову очень было неудобно, что он так «немиролюбиво», обещая войну ...

Мы ждем, чтобы нас успокоили? Люди, которые в своей стране не могут разобраться с собственным тираном? Обложенные запретами как флажками, они «протестуют» в строго отведенном месте и в положенное время. И с вписывающимися в цензурные рамки лозунгами. И мы радуемся, веря, что их плакатики «Миру-мир» доведут Путина до инфаркта?

Мы стонем от счастья, когда какой-нибудь российский общественный деятель или публицист крепко высказывается о политике кремлевского ботексного старца. Мы сами по многу раз на дню повторяем кричалку, придуманную харьковскими футбольными фанами. Погромче и хором помногочисленнее. Словно Путин услышит и рассеется туманом. Как от заклинания.

Мы много произносим воинственных угроз, но редко приводим их в исполнение. А надо -наоборот: говорить скупо, а бить больно. И не оглядываться на то, кто что скажет. Слова «защита Родины» - это эвфемизм. На самом деле речь идет об истреблении живой силы и техники врага, инфраструктуры городов, ставших его базами. Ну, так и надо истреблять!

Мы разглагольствуем о десятках тысяч партизан, готовых защищать нашу землю. Но о партизанах говорят не слова, а взорванные базы и склады, военные заводы и составы с техникой. Покажите их народу!

Если цитировать того ж таки Переслегина, то такой стране, как наша, в войне с Россией шансы на победу дает только стратегия «риска», или, если жестче, стратегия «чуда». Это когда на первый план выходит преимущество в темпе, в неординарности тактических приемов, в интуиции военачальников и нравственном ресурсе (когда ощущаешь справедливость своей войны). А что подумает мир - это второй вопрос. Мир подумает правильно, если мы победим.

«Быть великим, не смотря ни на что - гораздо большее достижение, чем быть безупречным»,- говорил герой романа писательницы Лоис Буджолд.
Мы ведь хотим быть великой страной? Значит, будем. А потом - пусть себе клевещут.

Евгений Якунов. Киев.