Угадайте чей это текст. 
Миллиардеру Полонскому, похоже, не избежать тюремных нар, которые поджидают его в одном из уютных уголков Мордовии. Наглый весельчак, самодур, хохотун и безобразник, рисковый строитель, плут и обманщик, покупатель островов, дебошир и насильник, — этот господин, которого судьба вознесла из грязи в князи, заявил, что если у человека нет миллиарда долларов, то пусть он убирается прочь. А в камбоджийской тюрьме, куда его упекли за хулиганство, он был окружён несчастными, у которых едва ли найдётся и один цент. Теперь его из джунглей, где кричат попугаи и прыгают обезьяны, бродят прекрасные полуобнажённые девы, переместят в кандалах в суровые русские леса, где в ледяных небесах каркает чёрный ворон.
Полонский — не исключение, не экзотический цветок олигархического капитала. Он — сын чудовищного отца, родившего этот сатанинский класс из русских слёз, из награбленных богатств, из таинственных животных инстинктов, которые были запечатаны в человеке советской сургучной печатью. Гайдар сорвал эти печати. Ликующий зверь вырвался из человека и превратился в Полонского.
У этих человекоподобных есть своя философия. Другой миллиардер, Пётр Авен, сформулировал её языком «Майн Кампф». Он поделил весь народ на две части. На «винеров», победителей, кто выиграл в этой жизни, вознёсся на вершину её пирамиды, причисляя к этим счастливцам себя самого. А также на «лузеров», проигравших, которые оказались у подножия этой ослепительной пирамиды. И лузеров — большинство. Среди них — и мы с вами. А также обнищавшие профессора, умирающие в деревнях старики, обездоленные инженеры, опустившиеся писатели — все, кто населяет выморочные города и деревни и рыскает по полям в поисках клубеньков и кореньев, чтобы не умереть с голода.
Это деление на «винеров» и «лузеров» означает деление на сверхчеловеков и недочеловеков. Недочеловеки — те, кто достоин только ярма, бича и презрения. Их не жалко, как не жалко свиней и кроликов. Их можно отправлять на бойню. Смотреть, как они погибают в грязи, а если они докучают глазу, их можно пускать под нож.
Эта людоедская философия объясняет то иго, которое подавило Россию. Она объясняет поведение наших богачей и их усыпанных бриллиантами самок, их челяди и охраны, которыми миллиардеры отгородились от ненавидящего их народа. Эта философия объясняет Полонского. Он не совершал преступления, обманывая доверчивых дольщиков. Не совершал хулиганства, сбрасывая за борт несчастных камбоджийских моряков. Разве совершает преступление хозяин, который обманывает курицу или собаку? Совершает преступление затейник, кидающий ради забавы кошку в пруд?
Но эти «сверхчеловеки» не понимают мироздания, в которое их впустил Господь. Они глухи к примерам, которые им в изобилии дарит история. Они нарушают не просто людские законы уважения, но нарушают уложение и закон Божий, который заложил в сотворённый мир божественнуюсправедливость, требуя от людей, чтобы они, изживая тьму, двигались к этой светоносной справедливости. Не зная, не чувствуя этого, господа авены и полонские являются богоборцами, богохульниками, оскверняющими замысел Творца. Они отключили себя от божества, отравили колодец, в котором человеческая душа черпает живую воду божественной благодати. И всех нарушивших этот божественный закон ждёт жестокая кара. Одних — уже при жизни, других — после смерти в их детях. Третьих — в чёрной памяти, которую они оставили по себе в человечестве.
Мы знаем миллиардера, который, лишившись миллиардов, десять лет шьёт брезентовые варежки. Другого миллиардера, которого нашли в мокрой ванне с переломанными рёбрами, обмотанного кровавым полотенцем. И третьего, трусливо бежавшего из страны, не знающего, где преклонить свою некогда столь горделивую голову.
Эти элиты, сформировавшиеся на костях Советского Союза, алчные, жестокие, ненавидящие свой народ, держат Россию в придушенном состоянии. При этих элитах невозможен рывок, невозможно развитие. Они являются той дамбой, той плотиной, что остановили русскую историю, не пускают её вперёд.
Но давление истории, как бывает всегда, прорвёт плотины и дамбы. И гигантский ревущий в водоворотах и пене поток истории ринется сквозь проломы. И не нужно тогда говорить о жестокостях народа, свирепом вандализме люмпенов, сжигающих особняки и дворцы, сажающих на вилы холёные тела благородных господ.
Присмотритесь внимательно к небоскрёбам Сити, построенным Полонским. Не напоминают ли они вам в закате солнца гигантские гильотины, возведённые у третьего транспортного кольца? И не тянутся ли по третьему кольцу чёрные экипажи с зарешеченными окнами, в которых нет-нет, да и мелькнёт бледное лицо очередного «винера».
